Главная/Медиацентр/Новости и публикации/Кто хочет стать фармацевтом?


НОВОСТИ&ПУБЛИКАЦИИ

Кто хочет стать фармацевтом?

20.01.2016 | Источник: "Санкт-Петербургские ведомости"

Российская школа фармацевтовСоциальная ответственность

Проект МБНПК «Цитомед» для школьников обнажил взрослые проблемы отрасли.

Начинающий фармацевт с порога просит зарплату 30 тыс., говорят в Санкт-Петербургской химико-фармацевтической академии (СПХФА). И ему дают. Через год, утверждают, зарплата уже вдвое больше. «И не потому, что он стоит такой зарплаты», – комментируют представители фармпредприятий. Просто кадровый голод.

Кадры, решайте!

Производители лекарств, причем российские и даже петербургские, начали искать кадры в школах – и это красноречивое обстоятельство. Кадры, поставляемые высшей школой, их «абсолютно не устраивают, приходится постоянно переучивать», категоричен гендиректор Медико-биологического научно-производственного комплекса «Цитомед» Александр Хромов. Критика не коробит ректора Химфармакадемии Игоря Наркевича: «Есть масса проблем. Мы набираем до 1000 студентов на 1-й курс, а современная лаборатория стоит до 1 млн евро. Кто даст такие деньги?».

14

Однако, что называется, «без обид»: фармпредприятия вместе с СПХФА затеяли на всю страну небывалый школьный проект – «Российская школа фармацевтов». Понимали, что рискуют: проект хоть и с одобрения Минобрнауки РФ, но негосударственный, к участию добровольный и требующий от учителей известного энтузиазма. Педагоги и так перегружены, а тут им еще такое счастье: готовить десятиклассников к конкурсу.

Приз – предприятие оплатит учебу в СПХФА трех человек (причем не требуя последующей «отработки», как это происходит со студентами-целевиками), и, поскольку конкурс обещает стать ежегодным, через пять лет в академии будут учиться уже 15 таких лауреатов. Казалось бы, негусто, но государство, для сравнения, оплачивает вузу всего 120 бюджетных мест по специальности «технология и фармацевтика».

Устроители сами поразились: в игру вступили больше 300 школ из 25 регионов. «В игру» – потому что, помимо тестирования по химии, там еще игра «Кто хочет стать фармацевтом?». На манер известной телеигры про миллионера – со «звонком другу», подсказкой зрителей и несгораемыми суммами (правда, не рублей, а баллов). Все вопросы – фармацевтические. Нескучные.

Внимание, вопрос: в XIX веке в американских аптеках продавалась субстанция, которую сейчас найдешь только в продуктовых магазинах; она богата ликопином и, предполагалось, полезна от облысения. Что это?

Организаторы полагали, что неформальный конкурс (он и назван «творческим») привлечет тех, кто в химии небездарен, но кому сроду не пришла бы идея идти, скажем, в фармацевтику.

Химфармакадемия — старейший (95 лет) профильный фармацевтический вуз страны, в десятке вузов — «чемпионов» по трудоустроенности выпускников: 95% работают по специальности. Как говорит ректор, в ближайшие десятилетия фармацевты без работы не останутся: провизоры в аптеках — только верхушка айсберга, выпускники академии нужны в пищевой, лекарственной, косметической промышленности. Без них даже пиво не сваришь.

– Но есть большая проблема, – продолжает Игорь Наркевич. – Снижается доля выпускников, сдающих ЕГЭ по химии и биологии.

Как говорят учителя, среди девятиклассников еще приличное количество выбирают химию в качестве экзамена ГИА. Но к 11-му классу ученик уже сосредотачивается на нужных для выбранного вуза предметах, и фармацевтический редко в этом выборе фигурирует.

Правда, с этого года Петербург вошел в число городов, которые будут сдавать четыре обязательных ЕГЭ. Есть надежда, что сдающих химию и биологию прибавится. Главное, чтобы предмет «химия» все же находился «в оперативной памяти» выпускника, а фармацевтика рассматривалась как возможное место работы. Для этого несколько лет назад академия поднимала в городе вопрос об олимпиадах по химии и биологии (без успеха) – об олимпиадах не лицейского уровня, а массовых – для тех, кто не без способностей.

– Ребята ведь понятия не имеют, что за последние пять-шесть лет в России появились абсолютно современные фармпредприятия! – комментирует Александр Хромов. – И Северо-Западный федеральный округ и Петербург лидеры: здесь «Биокад», «Цитомед», «Новартис», «Иммуно-Гем», «Вертекс»…

Справедливости ради: в Петербурге 36 фармкомпаний. И, мягко говоря, не все они современны. «И молодежь пока не верит в то, что и у нас такие же технологии, что и за границей».

Чтобы молодежь «поверила», организаторы конкурса предварительно устроили в регионах показ документального фильма собственного изготовления «Таблетка. Как это сделано?». Кого-то именно фильм вдохновил попробовать себя в конкурсе.

51

Слово «импортозамещение» – каменный век

У двух ключевых организаторов и союзников – фармпредприятий и фармакадемии – масса разногласий.

Ректор симпатизирует ЕГЭ («он отражает уровень подготовки, чем выше балл ЕГЭ, тем лучше и студент»), гендиректор Хромов заявляет, что молодые специалисты «поколения ЕГЭ» уступают прежним. Дело не в ЕГЭ, спорит ректор, а в мотивации студентов. Профессор Наркевич был избран ректором в 2010 году, и тогда из студентов факультета промышленной технологии лекарств, поступивших в 2009-м, было отчислено 40%! Такие вот оказались студенты. «Немотивированные». Впрочем, говорят, в былые годы на факультет можно было поступить, вообще не напрягаясь.

Ректор СПХФА уверяет, что в Петербурге «за последние шесть лет отношение к фармацевтике очень конструктивное со стороны администрации города», но те же самые структуры представитель фармпромышленности называет «мешающими»:

– Реальный бизнес – сплошная борьба со всеми чиновничьими процедурами, с законодательными актами, которые плодят молодые борзые управленцы, переводя с западных калек, – возмущается Александр Хромов. – И постоянно надо идти к конкретному человеку и «договариваться».

Хромову есть с чем сравнивать: предприятие за 27 лет «никогда ни копейки от государства не получало»; построили в Финляндии завод, чтобы «на месте» учиться внедрять международные стандарты GMP и по правилам Евросоюза высокотехнологичному производству вернули 16% инвестиций. Был бы и сам завод евросоюзовским – вернули бы 35%.

Александр Хромов заявляет, что слово «импортозамещение» в фармацевтике – «уход в каменный век»:

– В разработке новых лекарств весь мир интегрирован. Отгораживаться и ставить барьеры – это катастрофа.

Государственная стратегия развития отечественной фармпромышленности «Фарма-2020» Хромову не то чтобы не нравится – она его никаким боком не коснулась. Между тем бизнесмен считает себя «в некотором смысле государственником»:

– Бизнес вообще государственно ориентирован. Независимо от того, насколько ему тяжело. И во времена кризиса часть функций он может взять на себя – особенно бизнес, который непосредственно связан с населением: пищевка и лекарства очень близко к кошельку, который человек достает и, покупая что-то, делает выбор. Мы с коллегами решили, что возьмем кусочек профориентации.

Ректор добавляет: – Самое главное – мы слышим друг друга. Одна из главных проблем России – провал в коммуникации между различными группами профессионалов. Отсюда разрыв между фундаментальной и прикладной наукой, между вузом и школой, между вузом и производством и т. д. А нам удается эти связи развивать.

В апреле Петербург примет финал проекта РОССИЙСКАЯ ШКОЛА ФАРМАЦЕВТОВ. Да, ответ на тот вопрос в викторине, как вы догадались, – «кетчуп».

Анастасия Долгошева